Способы психологической защиты

В ситуациях, когда интенсивность потребности наращивается, а условия ее ублажения отсутствуют, поведение регулируется при помощи устройств психической защиты. Ф. В. Бассин определяет психическую защиту как обычный механизм, направленный на предупреждение расстройств поведения не только лишь в рамках конфликтов меж сознанием и безотчетным, да и меж различными чувственно окрашенными установками. Эта особенная психологическая активность реализуется в форме специфичных приемов переработки инфы, которые могут защищать личность от стыда и утраты самоуважения в критериях мотивационного конфликта. Психическая защита проявляется в тенденции человека сохранять обычное мировоззрение о для себя, отторгая либо искажая информацию, расцениваемую как неблагоприятную и разрушающую начальные представления о для себя и других.

Механизм психической защиты связан с реорганизацией осознаваемых и неосознаваемых компонент системы ценностей и конфигурацией всей иерархии ценностей личности. Э. А. Костандов предложил логически стройное и убедительное представление глубинного физиологического компонента психической защиты. Отрицательные чувственные переживания сформировывают устойчивую рефлекторную связь в коре мозга. Она в свою очередь увеличивает пороги чувствительности и тем тормозит сигналы, связанные с событиями, вызывающими такие переживания, препятствуя их осознаванию. Временные связи меж неосознаваемыми стимулами могут запечатлеваться в длительной памяти, быть очень стойкими. Это позволяет осознать метод появления стойких чувственных переживаний в случаях, когда их повод остается для переживающего их человека неосознанным.

Э. А. Костандов признает существование в мозге чувствительного механизма, реагирующего на на физическом уровне очень слабенькие, но очень важные для данного человека раздражители. Невзирая на то, что эти раздражители не осознаются человеком, они могут вызвать у него ряд вегетативных реакций, приводящих к изменениям физиологического и психического состояний.

Как разъяснить стойкость очагов отрицательного чувственного возбуждения, возникающих при переживаниях конфликтов? Увлекательную идея по этому поводу высказывает Е. Т. Соколова. Она уделяет свое внимание на тот узнаваемый факт, что всякое препятствие ведет к прерыванию деяния до того времени, пока препятствие не будет преодолено либо человек не откажется от его преодоления. При всем этом действие оказывается незавершенным или в собственном наружном, вещественном, плане или во внутреннем, коль скоро решение преодолевать препятствие либо отрешиться от деяния еще не принято. В этом случае, когда человек не понимает определенного смысла тех либо других событий, незавершенным оказывается сначала сам акт понимания. Как показано тестами Зейгарник, конкретно незавершенные деяния (и сопутствующие им происшествия) запоминаются лучше завершенных и, что в особенности принципиально, запоминаются непроизвольно. В работах Левина также показано, что незаконченные деяния сформировывают тенденцию к их окончанию, при всем этом, если прямое окончание нереально, человек начинает совершать замещающие деяния. Можно допустить, что механизмы психической защиты – это и есть некие спец формы замещающих действий.

В экспериментальных критериях была воспроизведена ситуация, ясно выявившая эффект психической защиты. Студентам предлагалось опознать и как можно резвее отреагировать на ряд слов, предъявлявшихся на дисплее в недостатке времени. Посреди слов были слова-табу (бранные, неблагопристойные) и нейтральные. Оказалось, что порог опознания слов-табу был значительно выше, чем нейтральных.

Защитные механизмы начинают свое действие, когда достижение цели обычным методом нереально либо когда человек считает, что оно нереально. Принципиально выделить, что это не методы заслуги хотимой цели, а методы организации частичного и временного душевного спокойствия с тем, чтоб собрать силы для реального преодоления появившихся проблем, другими словами для разрешения конфликта надлежащими поступками. В данном случае люди по-разному реагируют на свои внутренние трудности. Одни, отрицая их существование, подавляют склонности, которые доставляют им неудобства, и отторгают некие свои желания как мистические и неосуществимые. Приспособление в данном случае получается из-за конфигурации восприятия. Поначалу человек опровергает то, что не нужно, но равномерно может привыкнуть к таковой ориентации, вправду запамятовать болезненные сигналы и действовать так, как если б их не было. Другие люди преодолевают конфликты, пытаясь манипулировать беспокоящими их объектами, стремясь завладеть событиями и поменять их в подходящем направлении. Третьи находят выход в самооправдании и снисхождении к своим побуждениям, а четвертые прибегают к разным формам самообмана. Личностям с в особенности жесткой и косной системой принципов поведения было бы в особенности тяжело и тотчас нереально действовать в различной и изменчивой среде, если б защитные механизмы не оберегали их психику.

Опыт, не совместимый с представлением человека о для себя, имеет тенденцию не допускаться к пониманию. Восприятие опасности сопровождается мобилизацией защиты с целью поддержать структуру “Я”. Это достигается или искажением восприятия, или отрицанием воспринятого и, как следует, отрицанием всякой опасности для личности.

К механизмам психической защиты относят обычно отрицание, вытеснение, проекцию, идентификацию, рационализацию, включение, замещение, отчуждение и др.

Отрицание сводится к тому, что информация, которая беспокоит и может привести к конфликту, не воспринимается. Имеется в виду конфликт, возникающий при возникновении мотивов, противоречащих главным установкам личности, либо инфы, которая грозит самосохранению, престижу, самооценке. Этот метод защиты вступает в действие при конфликтах хоть какого рода, не требуя подготовительного научения, и характеризуется приметным искажением восприятия реальности. Отрицание формируется еще в детском возрасте и часто не позволяет человеку правильно оценить происходящее вокруг, что в свою очередь вызывает затруднения в поведении. К примеру, при массовом социологическом исследовании взрослым людям задавали вопрос, уверили ли их материалы прессы в том, что курение вызывает рак легких. Положительный ответ дали 54 % некурящих и только 28 % курящих. Большая часть курящих опровергали значение приводимых фактов, так как их принятие означало бы понимание суровой угрозы для их собственного здоровья.

Вытеснение – более универсальный метод избегания внутреннего конфликта методом активного выключения из понимания неприемлемого мотива либо противной инфы. К примеру, особо неловкие для нас факты в особенности просто забываются. Вытеснение – безотчетный психологический акт, при котором неприемлемая информация либо мотив отвергаются цензурой на пороге сознания. Ущемленное самолюбие, задетая гордость и обида могут порождать декларирование неверных мотивов собственных поступков, чтоб скрыть настоящие не только лишь от других, да и от себя. Настоящие, но противные мотивы вытесняются, с тем чтоб их заместили другие, применимые исходя из убеждений общественного окружения и поэтому не вызывающие стыда и угрызений совести. Неверный мотив в данном случае может быть небезопасен тем, что позволяет прикрывать общественно применимой аргументацией личные эгоистические устремления.

Вытесненный мотив, не находя разрешения в поведении, сохраняет, но, свои чувственные и вегетативные составляющие. Невзирая на то что содержательная сторона травмирующей ситуации не осознается и человек может интенсивно запамятовать сам факт того, что он сделал некий неблаговидный поступок, к примеру струсил, конфликт сохраняется, а вызванное им эмоционально-вегетативное напряжение лично может восприниматься как состояние неопределенной волнения. Потому вытесненные влечения могут проявляться в невротических и психофизиологических симптомах. Оговорки, описки, неудобные движения также часто свидетельствуют о вытеснении. Любопытно, что резвее всего вытесняется и забывается человеком не то нехорошее, что ему сделали люди, а то нехорошее, что он причинил для себя либо другим. Неблагодарность связана с вытеснением, все разновидности зависти и бессчетные составляющие комплексов своей неполноценности вытесняются с большой силой. Прекрасный пример вытеснения можно отыскать в романе Л. Н. Толстого “Война и мир”, где Николай Ростов на дону с искренним одушевлением ведает о собственной храбрости на поле боя. В реальности он струсил, но вытеснение было настолько сильным, что он уже сам веровал в собственный подвиг.

При вытеснении неразрешенный конфликт обнаруживает себя разными симптомами, высочайшим уровнем тревожности и чувством дискомфорта. Броский пример вытеснения описан в работе А. М. Свядоща. “Нездоровой X., 28 лет, в один прекрасный момент, спускаясь с утра по лестнице, чтоб пойти на работу, вдруг тормознул, потому что у него появилась идея: не осталась ли открытой дверь? Возвратился, проверил – дверь была плотно закрыта. С сих пор его стало преследовать назойливое колебание: не осталась ли дверь открытой? При уходе из дому дверь запиралась супругой на засовы, задвижки, замки и все же он по нескольку раз в денек, оставив работу, обязан был ворачиваться домой, чтоб проверить, не осталась ли дверь открытой. Он осознавал необоснованность собственной волнения, боролся с ней, но не мог ее преодолеть. Сам нездоровой не мог связать свое болезнь с какой-либо предпосылкой. Оно казалось ему появившимся без всякого наружного повода”. А предыстория заболевания такая. Пациент был женат вторично, первую супругу он очень обожал и прожил с нею около 2-ух лет. К концу этого периода он стал запальчивым, раздражительным, и дела с супругой стали ухудшаться. Однажды, придя домой и застав дверь открытой, он отыскал записку от супруги, в какой она докладывала, что ушла от него к другому человеку. Пациент очень болезненно переживал уход супруги, просил ее возвратиться, но она отказалась. Через 18 месяцев он женился вторично. Этот брак оказался удачным, и они прожили вкупе около 2-ух лет, когда в один момент развилось болезненное состояние. Супруга отметила, что незадолго до возникновения описанной навязчивости нездоровой стал запальчивым, раздражительным, ворчливым, потому дела меж ними усугубились. Сам нездоровой этого не замечал.

В приведенном случае назойливое состояние отражало переживания человека. Появившаяся внутренняя связь меж открытой дверцей и уходом первой супруги означала в сокрытой символической форме боязнь утратить вторую супругу, когда дела с ней стали ухудшаться. Идея о потере оказалась для него настолько тягостной, что она была вытеснена, другими словами не отыскала отражения в сознании, и прорвалась в сокрытой форме в виде боязни застать дверь дома открытой. Психотерапия посодействовала понять эту связь, привела к избавлению от этого состояния.

Таким образом, вытеснение значит угнетение, исключение из сознания импульса, возбуждающего напряжение и тревогу. Бывает, что человек должен принять какое-то тяжелое решение, связанное для него с продолжительными волнениями и переживаниями. В таком случае он может в один момент “запамятовать” об этом деле. Аналогично он способен на сто процентов потерять воспоминание о собственном неэтичном поступке, невыполненном обещании. Принципиально, что человек не делает вид, а вправду запамятывает ненужную, травмирующую его информацию, она на сто процентов вытесняется из его памяти. Потому если мы замечаем, что не один раз забываем нечто, то пора задать для себя вопрос, вправду ли мы желаем пользоваться данной информацией.

Проекция – безотчетный перенос (приписывание) собственных эмоций, желаний и влечений, в каких человек не желает для себя сознаться, понимая их социальную неприемлемость, на другое лицо. К примеру, когда человек по отношению к кому-то показал злость, у него часто появляется тенденция снизить симпатичные свойства пострадавшего. Человек, повсевременно приписывающий другим собственные рвения, противоречащие его моральным нормам, получил даже особое заглавие – ханжа.

Идентификация – безотчетный перенос на себя эмоций и свойств, присущих другому человеку и труднодоступных, но предпочтительных для себя. У деток – это простой механизм усвоения норм общественного поведения и этических ценностей. Так, мальчишка безотчетно старается прогуляться на отца и тем заслужить его любовь и почтение. Благодаря идентификации достигается также символическое обладание хотимым, но недостижимым объектом. В расширенном истолковании идентификация – неосознаваемое следование образчикам, эталонам, позволяющее преодолеть свою слабость и чувство неполноценности.

Рационализация – псевдоразумное разъяснение человеком собственных желаний, поступков, в реальности вызванных причинами, признание которых угрожало бы потерей самоуважения. А именно она связана с попыткой понизить ценность труднодоступного. Так, переживая психологическую травму, человек защищает себя от ее разрушительного воздействия тем, что переоценивает значимость травмирующего фактора в сторону ее снижения: не получив страстно хотимого, уверяет себя, что “не очень и хотелось”. Рационализация употребляется человеком в тех особенных случаях, когда он, страшась понять ситуацию, пробует скрыть от себя тот факт, что в собственных действиях побуждается мотивами, находящимися в конфликте с его своими нравственными эталонами. Более калоритные феномены рационализации получили наименования “кислый виноград” и “сладкий лимон”. 1-ый, узнаваемый по басне Эзопа “Лиса и виноград”, отражает снижение значимости труднодоступного. Защита по типу “сладкого лимона” ориентирована не столько на дискредитацию недостижимого объекта, сколько на преувеличение ценности имеющегося. Если человек показывает пренебрежительное отношение к высокому образованию, то не исключено, что он защищается от огорчений в связи с упущенной возможностью обучаться. Тот же человек не жалеет сил, чтоб дать своим детям высшее образование, которое ему самому типо не надо. Точно так и похвальба альковными подвигами – тоже может выступать как психическая защита от представления о для себя как о сексапильно плохом человеке.

Близким к рационализации методом психической защиты является включение, при котором также переоценивается значимость травмирующего фактора. Для этого употребляется новенькая глобальная система ценностей, куда прежняя система заходит как часть, тогда и относительная значимость травмирующего фактора снижается на фоне других, более массивных. Примером защиты по типу включения является катарсис – облегчение внутреннего конфликта при сопереживании. Если человек следит и сопереживает драматические ситуации других людей, значительно более тягостные и травмирующие, чем те, которые беспокоят его самого, он начинает глядеть на свои неудачи по-другому, оценивая их в сопоставлении с чужими. С незапамятных времен катарсис связывают с театром. Вправду, собственные истязающие состояния зрителей могут облегчаться, когда они переживают действия, происходящие с героями традиционной катастрофы на театральной сцене. В этом – одно из благотворных воздействий театрального искусства на психику человека. Из произнесенного становится понятным, что люди, способные от всей души сопереживать страданиям окружающих, не только лишь упрощают их другим, но содействуют улучшению и собственного психологического здоровья.

Замещение – подмена деяния, направленного на труднодоступный объект, на действие с легкодоступным объектом. Замещение разряжает напряжение, сделанное труднодоступной потребностью, но не приводит к хотимой цели. Когда человеку не удается выполнить действие, нужное для заслуги поставленной перед ним цели, он время от времени совершает 1-ое попавшееся глупое движение, дающее какую-то разрядку внутреннему напряжению. Такое замещение мы нередко лицезреем в жизни, когда человек срывает свое раздражение, гнев, досаду, вызванные одним лицом, на другом лице либо на первом попавшемся предмете.

Изоляция, либо отчуждение, – обособление снутри сознания травмирующих человека причин. При всем этом доступ противных чувств к сознанию блокируется, так что связь меж каким-то событием и его чувственной расцветкой не отражается в сознании. Этот вид защиты припоминает “синдром отчуждения”, для которого типично чувство утраты чувственной связи с другими людьми, ранее важными событиями либо своими переживаниями, хотя их действительность и осознается. Феномены дереализации, деперсонализации и расщепления личности (множественности “Я”) могут быть связаны с таковой защитой. В литературе описано более 200 случаев расщепления личности. Очень нередко двойник воплощает то, что чуждо первому “Я”, то, к чему оно относится со ужасом либо омерзением, против чего протестует его существо. Эти различные “Я” могут ничего не знать друг о друге. Известен случай с 3-мя лицами Евы Уайт. 25-летняя Ева обратилась к доктору по поводу болей в голове и провалов памяти после их. Пока доктор обдумывал это, его пациентка резко поменялась: заместо сдержанной, воспитанной дамы перед ним появилась ветреная девушка, которая языком и тоном, совсем чуждым Уайт, стала бойко дискуссировать задачи последней, говоря о ней в 3-ем лице. На вопрос о ее своем имени девушка ответила, что ее зовут Ева Блэк. В течение 14 месяцев перед доктором появлялась то одна, то другая Ева. Блэк не делила эмоций Уайт по поводу ее плохого замужества, по поводу материнской любви и по другим вопросам. Нравы у их были совершенно различные: Уайт – строгая, сдержанная, в большей степени печальная дама, одевалась просто и консервативно, держалась с достоинством, обожала стихи, гласила расслабленно и мягко, была неплохой хозяйкой и любящей мамой. Блэк – компанейская, эксцентричная, по-детски тщеславная, заразно радостная и беспечная, гласила с грубоватым юмором, обожала приключения, одевалась вызывающе, не обожала ничего сурового. В процессе психотерапии кроме этих 2-ух Ев на сцене появилось еще третье лицо – Джейн, которая очень отличалась от обеих Ев.

Избирательность дела человека к группе и коллективу связана с опосредованием психической защиты. Она является типичным фильтром, включающимся при существенном рассогласовании своей системы ценностей и оценки собственного поступка либо поступков близких людей, отделяющих предпочтительные воздействия от ненужных, надлежащие убеждениям, потребностям и ценностям личности от несоответствующих. Применительно к воспитанию это может проявляться в повышенно критичном отношении к воспитателю либо педагогу, при всем этом защитные дела могут быть перенесены с личности воспитателя на содержание преподаваемого им предмета. Полезно подразумевать, что воздействие психической защиты может содействовать сохранению внутреннего комфорта человека даже при нарушении им соц норм и запретов, так как, снижая действенность общественного контроля, она делает почву для самооправдания.

Если человек, относясь к для себя в целом положительно, допускает в сознание представление о собственном несовершенстве, о недочетах, проявляющихся в определенных действиях, то он становится на путь их преодоления. Он может поменять свои поступки, а новые поступки конвертируют его сознание и тем всю его следующую жизнь. Если же информация о несоответствии хотимого поведения, поддерживающего самоуважение, и реальных поступков в сознание не допускается, то сигналы конфликта включают механизмы психической защиты и конфликт не преодолевается, другими словами человек не может встать на путь самоусовершенствования. Только переводя неосознаваемые импульсы в сознание, можно добиться контроля над ними, приобретая огромную власть над своими поступками и повышая уверенность в собственных силах.