Личность и ее понимание

На вопрос, что такое личность, психологи отвечают по-разному, и в многообразии их ответов, а частично и в расхождении воззрений на этот счет проявляется сложность самого парадокса личности.

Неувязка личности в психологии — неувязка обширная, обхватывающая большущее поле исследовательских работ. Частично в силу растяжимости понятия «личность», частично из-за того, что такие слова как «личность», «нрав», «характер», «возможности», «потребности», «смысл» и многие другие входят не только лишь в систему научных понятий психологии личности, да и в наш ежедневный язык, вокруг препядствия личности ведется сильно много споров и обсуждений: ведь практически каждый в некий степени считает себя спецом по дилемме личности! При всем этом существует очень не достаточно достоверных, экспериментально подтвержденных данных, чтоб на их базе можно было уверенно признать одну теорию правильной, а другую – нет, оценить истинность каждой из сталкивающихся точек зрения. Ну и что такое правда?

Обычно выявление правды числилось основной задачей хоть какой науки. Числилось, что чем далее идет развитие какой-нибудь науки, тем поближе она в тех либо других областях к занию того, что есть «по сути», в реальности. Эта точка зрения подвергалась аргументированной критике издавна, но конкретно в нашем столетии бурное развитие философии и методологии науки привело к окончательному разрушению этих обычных мнений. Стало ясно, что беспристрастная правда в принципе недостижима, так как меж познающим человеком и беспристрастной реальностью стоит огромное количество барьеров в виде орудий зания, которыми человек пользуется, в виде языка, на котором он обрисовывает наблюдаемые явления, в виде теоретических схем, при помощи которых он структурирует и разъясняет наблюдаемое, и многого другого. Все эти промежные звенья меж реальностью и познающим субъектом так очень оказывают влияние на то, что мы получаем в процессе зания, что гласить о постижении правды в этом процессе оказывается очевидно неправомерным. Более четкое, на наш взор, определение сути науки, при этом хоть какой науки, состоит в том, что развитие науки связано с развитием и усложнением разных образов действительности. Научный прогресс заключается в том, что мы получаем более четкие и поболее полные образы действительности (аспектом в данном случае является практика). Мы строим такие картины мира, которые позволяют разъяснить все то, что было объяснено ранее, плюс еще что-то. Другими словами возникает возможность либо более дифференцированно, детально, тонко обрисовывать и разъяснять действительность (и на этой базе строить свои деяния), либо обхватывать разъяснением также такие куски реальности, которые ранее разъяснить не удавалось.

Исходя из этого, давайте попытаемся выстроить такое представление, таковой образ личности под психическим углом ее рассмотрения, который бы в большей степени мог посодействовать нам в ежедневном столкновении с таковой реальностью, как личность — в лице как самих себя, так и других людей. При всем этом повышенное внимание, со всей очевидностью, нужно уделить неким легендам либо предрассудкам по отношению к личности, которые бытуют в обыденном, поточнее, в филистерском сознании, и которые иногда пропагандируются в научно-популярной литературе. Эти легенды опираются на характерную практически каждому человеку потребность в простоте. Они дают обыкновенные разъяснения сложных явлений и не требуют от человека раздумий, потому они так презентабельны. Единственный их недочет — они имеют не достаточно общего с реальностью. Подобно пародиям и шаржам, они выхватывают одну черту из картины действительности и раздувают ее до наибольших размеров, а остальное игнорируют. Эти легенды подобны наркотикам для сознания, потому их развенчанию в предстоящем будет уделяться достаточно огромное место.

Очень принципиально, на наш взор, суметь выйти за рамки расхожих, очень комфортных, но очень облегченных схем и попробовать узреть несколько больше граней в том, в чем мы привыкли созидать, может быть, несколько более обыкновенные вещи. Обмолвка насчет обыденного и филистерского мышления никак не случайна: противопоставление обыденного и научного зания в процессе исследования психологии в корне неприемлимо. Ведь эпитет «научный» очень многозначен, в нем содержится некая замкнутость, отрыв от практики, от жизни. Можно поточнее охарактеризовать то движение, которое мы попытаемся сделать, как движение от филистерского мышления, которое отягощено легендами и предрассудками, к занию личности, которое с уверенностью можно именовать суровым, другими словами по способности свободным от предрассудков и пристрастий, искажающих картину мира.

Итак, приступим конкретно к разговору о том, что мы лицезреем в личности и что мы в ней можем узреть.

Слово «личность» нередко употребляется в обыденной речи и даже время от времени в научной литературе применительно не к каждому человеку, а только к неким, заслуживающим особенного почтения: «Вот это личность! А тот — разве это личность?» Можно только порадоваться за наше публичное сознание, которое медлительно, с трудом, но в конце концов дошло до осознания ценности личности, и на замену образам человека-винтика и человека-фактора пришел образ человека-личности. И хотя нельзя не согласиться с тем, что личность — это отлично, следует с самого начала поставить все на свои места: личность – не оценочная категория, личность присуща каждому человеку, по последней мере начиная с определенного возраста. Только так можно серьезно гласить о личности как о предмете научного зания.

Если же пойти другим методом и только избранным присваивать почтенное звание личности, то вопрос «что есть личность?» теряет собственный смысл. Он подменяется другим вопросом — вопросом «кто есть личность?», ответ на который всегда находится в зависимости от того, кому мы его задаем: у каждого времени и у каждой даже не страны, а компании — собственный «герой».

Если же мы признаем, что личность есть богатство каждого человека, то, что, фактически, и делает его человеком, пред нами раскрывается возможность беспристрастного научного анализа того, в чем состоит суть личности. Хотя эта неувязка еще никак не решена, на сегодня в психологии накопилось уже много того, что можно сказать о личности.

Будем отталкиваться от 4 обычных аксиом: 1. Личность присуща каждому человеку. 2. Личность есть то, что отличает человека от животных, у каких личности нет. 3. Личность есть продукт исторического развития, другими словами появляется на определенной эволюционной ступени людского общества. 4. Личность есть персональная отличительная черта человека, другими словами то, что отличает 1-го человека от другого. Общаясь с людьми, мы сначала ориентируемся на особенности их личного склада.

На философском уровне основное отличие человека от животных определяется тем, что человек — существо публичное, другими словами ведет взаимодействие с миром не один на один, вооруженный только своим личным опытом, а употребляет опыт, скопленный населением земли и присвоенный им через социальные механизмы передачи этого опыта (общение, речь, знаковые механизмы культуры). Совместно с тем на ранешних шагах становления людского общества социальные узы были настолько высокопрочны, что человек не обладал отдельным существованием в отрыве от социальной группы. У него не было еще ни понимания себя как отдельного человека, ни устройств регуляции его личного поведения, хороших от групповых устройств социальной регуляции.

Только равномерно публичный человек начинает поновой обретать автономное существование — но уже на новеньком, высшем уровне, не имеющем ничего общего с автономным существованием животных. Человек не отрывается от общественного опыта и соц устройств регуляции поведения, а вбирает их в себя (интериоризирует), строя на этой базе собственный внутренний мир. Владея внутренним миром, человек становится носителем социально выработанных форм поведения и скопленного опыта. Ему уже не непременно жить повсевременно в соц окружении; он носит свою социальность внутри себя. Это означает, что он обрел личность либо стал личностью, что в этом случае одно и то же.

Таким макаром, под философским углом зрения личность – это способность человека (либо человек, способный) выступать автономным носителем общечеловеческого опыта и исторически выработанных населением земли форм поведения и деятельности. Очевидно, тут не может идти речь обо всем опыте населения земли — каждый отдельный человек осваивает только маленькую часть его, с которой он соприкасается в процессе собственного развития и которую он в состоянии освоить. При всем этом, во-1-х, каждое новое усваиваемое снаружи содержание преломляется через уже сформировавшиеся к данному моменту структуры внутреннего мира, и, во-2-х, будучи усвоено, оно не сохраняется постоянным в протяжении жизни человека, а меняется по специфичным законам динамики внутреннего мира, которые еще сильно мало исследованы.

В собственном личном развитии от момента рождения до зрелости каждый человек проходит тот же путь – от слияния с целым и зависимости от него к обретению независимости. Тут, но, в качестве первичной социальной ячейки выступает диада «ребенок-мать», дела в какой характеризуются некими создателями как психический симбиоз. Понятие симбиоза пришло из биологии, где оно обозначает форму совместной жизни 2-ух видов животных либо растений, при которой они удовлетворяют определенные потребности друг дружку и тем друг от друга зависят; по отдельности они или вообщем не могли бы существовать, или испытывали бы огромные трудности. Тем же понятием психологи обрисовывают дела малыша с мамой: без нее он не в состоянии производить свою жизнедеятельность, вести взаимодействие с миром один на один. Она является для него сразу частью его мира и посредником в его содействии с ним.

Развитие малыша приводит к постепенному освобождению от этой зависимости, которое проходит ряд шагов и критичных точек. Некие из их отлично известны. Это так именуемый «кризис 3-х лет», когда ребенок пробует утверждать свое «Я» напористым «Я сам!» и демонстративным неподчинением хоть каким указаниям родителей. Это и несчастный подростковый кризис, когда потребность в самостоятельности добивается собственного высшего накала, и игнорирование родителями этой потребности может привести к томным семейным конфликтам. Официальная граница совершеннолетия — 16-18 лет — в среднем приблизительно соответствует периоду окончания созревания тех личных устройств, которые позволяют человеку вести взаимодействие с миром один на один, без помощи других. Естественно, это не всегда так. Во-1-х, в случаях выраженного невротического развития симбиотическая зависимость от мамы может сохраняться многие годы после пришествия совершеннолетия, время от времени до самой погибели 1-го из участников этой больной связи. Во-2-х, время от времени симбиотическая зависимость от мамы может сменяться другой зависимостью, к примеру конформистской зависимостью от представления окружающих, которая также лишает личность свободы самовыражения, самостоятельности в отношениях с миром.

При всем этом принципиально учесть два происшествия. Во-1-х, произнесенное не значит, что до заслуги рубежа автономии личности еще как бы нет. Начало личности нельзя обозначить точным рубежом, даже таким, как 3-4 года, на который указывают некие